| |
Ангел на скрипучих крыльях
Евгений Лобачев (г. Ярославль)
Я скопытился, и меня заперли. Заперли в конуре с застекленным окошечком. И фотографию мою на обозрение привесили - вон она, насквозь видать.
Это как называется, а? Это что такое получается?! Ни тебе достойного погребения, ни верной супруги, пускающей сопли на могилке! Стоило ли помирать, чтоб торчать фотографией за стеклышком, будто какая фараоновая мумия?!
И главное, непонятно - как я помер? Загадка! И отчего? Тайна! И когда...
Да вот - когда? Ну, положим, вчера. Что я делал вчера? Вчера ведь суббота была? Если я проснулся сегодня, то спать, стало быть, лег вчера? А я что говорю! И помер вчера. Загадочной смертью.
Что же я вчера делал? С утра, вроде, намылился в гости к армейскому дружку - к Андрюхе Иванушкину... Ну точно! Мы с Андрюхой сто лет не виделись! Я к нему и пошел.
Пришел. Позвонил. Его жена открыла, Лизка. А у Андрюхи жена - это боже ты мой, что за женщина! Это же метр семьдесят сплошного шершеляфама! Ведь глядишь на нее и думаешь: какого рожна я женился? Нахрена мне моя полундра? Где меня черти носили, когда... Ай, много чего думаешь!
Открыла Лизка, и говорит:
- Привет, Витя. А Андрюшки нет. Он в понедельник в командировку уехал. На две недели.
"Вот те на - думаю. - Тащился через весь квартал, а этого лопуха нет. Ну, уж раз пришел, зайду".
Это я думаю. А сам в это время на Лизку таращусь. Нет, была б швабра какая, я б не таращился. Плюнул бы и ушел. Но Лизка...
А она увидала, что я не в себе, и говорит:
- Витенька, тебе плохо? Зашел бы, чайку попил...
А сама тоже смотрит на меня так, будто слопать хочет. "Что ж, - думаю, - чаю всегда полезно попить. Хоть и Андрюхи теперь дома нет. Да это и хорошо, что его нет! Вдруг согрешим? Тем более, что с Лизкой согрешить - и не грех вовсе, а самое натуральное удовольствие. Удовольствие жизнь продлевает. Что ж, Андрюха, в самом деле, не обрадуется, что армейский дружок дольше жить будет? Да не такой он человек, Андрюха!"
Зашел попить чаю. Грешим. Только вот беда - запястье под браслетом с цифирью зазудело - там, где чип под кожу зашит. Да и черт с ним. Кто ж, когда грешит, на такую ерунду внимание обращает?
Грешим. Вдруг распахивается дверь и вваливается армейский дружок. Должно быть, командировка раньше времени закончилась. Ох, и опытные же люди анекдоты придумывают! На морде Андрюхиной улыбка, в руках - тортик.
Мы, чтоб его не расстраивать, делаем вид, что чай пьем. Чашки схватили. Что ж, что пустые? Может, вот только что выпили!
Но нет же. Андрюха давай беспочвенно подозревать. Все ему не так, все не этак. Чего в постель забрались? Какого черта чашки вверх дном держите? Почему на Лизке юбки нет?
Тут уж я взорвался!
- Какое твое собачье дело - почему юбки нет?! Соскользнула! Жена у тебя стройная!
Встал, одел брюки. Уйду, думаю, от такого гада! Армейский друг называется! А еще вместе перед дембелем прапорщику харю чистили!
Двинулся к выходу, в дверях с Андрюхой не разминулся. Он мне пяткой в поддых попал, я ему кулаком по почкам. Ну и в челюсть еще. Десантура - дело знаем. Потом дураком обозвал.
Вышел и хлопнул дверью, да так, что замок заклинило. Дверь железная, с титановыми вставками - хрен теперь без помощи спасателей выйдут. Я слесарь, в таких вещах понимаю.
|
